От автора
Начиная статью об Александре Нечаеве (творческий псевдоним «Ниггль»), позволю себе не заимствовать чужие высказывания о нём и его живописи. Надеюсь, позволите это и вы, друзья.
Так вот, впервые его картины я случайно встретил в интернете около 10 лет назад и сразу подумал тогда: «Это же про нас!» Потом уже узнал, что художник действительно наш земляк. Но вообще цепляет в его картинах не только местный колорит. Цепляет смысловое содержание. Глубоко философское. Подчас остросоциальное.
При этом темы художник подаёт настолько деликатно (не путать с «боязливо»), что не обвинишь его ни в провокациях, ни тем более в «чернухе».
Взять хоть известный в интернете «Образ Родины в моём сердце». Вряд ли найдётся хоть один человек, который скажет, что художник при помощи гротеска потешается над бедностью провинциальной глухомани. Посмотришь и скажешь: здесь боль плюс любовь и всё это равно игривой нежности.
Если по мне, то Нечаев даже не один из выдающихся художников современной России, а уникальный художник. Другого такого нет.
Впрочем, пора уже поговорить с ним самим. Вашему вниманию, друзья, наша беседа.
- Кто ваши родители по профессии? Чем они увлекались? Чем они старались увлечь вас?
- Моя мама была по профессии мастер производственного обучения в училище, которое готовило для нашего комбината ткачих, прядильщиц и так далее. Отец работал электриком. Еще до школы родители замечали, что мне нравится рисовать, и постоянно покупали карандаши и приносили откуда-то оберточную бумагу. Одно из ранних воспоминаний ( 3-4 года) – я располагаюсь прямо на полу и рисую на этой самой бумаге. Её мне резали на отдельные листы.
- Где именно вы работали в Наволоках?
- После окончания в 1991 году Ивановского инженерно-строительного института я пришёл работать на наш комбинат в строительный отдел. Работал мастером, прорабом… Возвращаться в Наволоки после института я не планировал, но за полгода до выпуска нам объявили, что страна теперь будет жить по другому. Отменили госэкзамен по марксизму-ленинизму, а затем аннулировали все направления (сам я хотел уехать в Питер). В тот год все вузовские выпускники страны впервые искали себе работу сами. Вообще 1991 год был очень тревожный, страна разваливалась, на окраинах шли вооруженные конфликты и в воздухе витало предощущение гражданской войны. Мама настояла, чтобы я приехал в Наволоки и хотя бы на годик, пока всё не уляжется. Вскоре я тут женился, у меня родился сын и в итоге проработал в Наволоках до конца 90-х.
- Другим изданиям вы рассказывали, что ощутили себя художником к 40 годам. Скажите, образы картин стали появляться только с упомянутого времени или вы жили с ними и прежде?
- Как сказал мне один близкий человек, если бы я не начал писать картины, то я всё равно был художником . Образы картин у меня появлялись и в детстве, и в юности и до 35 лет, когда я уже серьезно решил заняться живописью. Часто тогда думал: «Вот был бы я художником, то я бы это обязательно написал».
- Допускаете ли вы, что и в будущем с вами может произойти подобное, и вы найдете себя в чём-то абсолютно новом для себя и знающих вас?
- Наверное, уже не допускаю, так как нашел любимое дело. Хотя по жизни всегда чем-то увлекался до фанатизма. Примерно до 2010 года я говорил , что живопись это моё хобби, а потом уже наоборот, работа это хобби, а живопись дело всей жизни.
- Вы всё равно ведь работаете на какой-то «обычной» работе? Может ли вообще в наше время живопись прокормить художника?
- Да, я работаю на авиационном комплексе имени Ильюшина (ПАО «Ил») ведущим специалистом. Живопись практически не может прокормить, особенно если заниматься чистым творчеством, а не писать на потребу. Кроме того, на картины сейчас не могут тратиться люди со средним достатком. Насчёт работы также добавлю, что очень мечтал уйти в 2020 году на льготную пенсию и заняться только живописью, однако пенсионная реформа всё сломала. Теперь уже не знаю, доживу ли до пенсии.
- Как-то вы рассказывали про пустоту, которую ощутили к сорока годам. Даже обозначаете её с большой буквы. В то время сразу удалось найти себя в творчестве?
- Да, говорил про Пустоту. Я её, наверное, всегда ощущал, но ближе к 35-40 годам ещё больше. Как бы на обывательском уровне в материальном отношении всё есть, но в духовном смысле это не приносило удовлетворения. Неужели это и есть вся жизнь?! Слава Богу, у меня появилось любимое занятие, которое помогло хотя бы не свихнуться.В начале я понимал, что мне многому надо учиться, и я учился. Много читал специальной литературы (я вообще всегда любил читать, до живописи книги как раз и заполняли у меня Пустоту), изучал творчество любимых художников и параллельно писал копии их полотен. Но с первых своих картин я уже точно знал, что буду писать. То что волнует лично меня, а не то, что могло бы понравиться другим. Иногда это совпадает.
- Пустота окончательно ушла?
- Нет, не ушла. В том плане, что неудовлетворенность всегда есть, но она же и стимулирует. Живопись это постоянная борьба с самим собой и с натурой, как говорил Ван Гог. Если честно, то создавать произведение искусства - адское дело. Какие только черти не появляются… Зато со стороны, наверное, кажется, что всё легко и просто. Те картины, которые, как мне кажется, у меня получились, стали выражением катарсиса. Все они мой личностный духовный дневник по жизни.
- Как-то одному собеседнику в разговоре о вас я сказал: «Смотришь на его картины и не понимаешь, то ли он видит твоими глазами, то ли ты видишь его глазами». По-моему, создавая свои полотна, вы остаётесь всецело наволокчанином. Жителем глубинки. Даже не так - жителем гиблой глубинки. Какие на ваш взгляд главные качества такого жителя? Долготерпение? Наивность? Искренность? Что?
- Конечно, я провинциал и если бы не обстоятельства, то, может быть, никуда бы и не уехал. Я люблю свою малую Родину. Люди же в Москве и в глубинке в общем-то то ничем не отличаются, просто пребывают в разных декорациях и обстоятельствах. К тем качествам, которые вы упомянули, я добавил бы доверчивость, особенно в последнее время. Вероятно, впадать из одной крайности в другую - наша национальная особенность.
- Выражая боль за эпоху и за современников, вы всегда остаётся деликатным. Вам приходится сдерживать себя?
- В творчестве стараюсь не сдерживаться, так как считаю главным в нём искренность. А уж принимается это или нет, вопрос вторичный. У меня за последнее время появились картины, которые публично я пока не могу показать, но они есть. Время покажет.
- Ваше отношение к малой родине и землякам сегодня? Скучаете? Жалеете? Находите ли поводы радоваться за них? Если бы взялись за футуристическое полотно, как изобразили те же Наволоки?
- Скучаю ли? Жалею? Не знаю… Приезжая в Наволоки, я всё меньше вижу знакомые лица, больше незнакомые, а это уже воспринимается по-другому…Футуристическое полотно Наволок? Наверное, такое райское местечко, островок или убежище (относительно, конечно) в грозном мире. Помните, как у Бродского в гениальном «В письме римскому другу»?
Если выпало в Империи родиться,
лучше жить в глухой провинции у моря (читать «на Волге»)
P.S. Почему, спросите, творческий псевдоним «Ниггль»? Как-то сын сравнил Александра Николаевича с героем сказки Джона Толкиена «Лист работы Ниггля». Прочитав сам эту сказку, Александр Нечаев открыл, что психологический портрет её героя (художника) точно совпадает с его портретом.
